Творчество. Поэзия.

Письмо к прадеду

Пишу к тебе, давно ушедший дед, 
Точнее прадед мой, ушедший в небо. 
Я верно знаю, трусом точно не был, 
На это смерть в бою дала ответ. 

Что ты любил? О чём мечтал ночами? 
Когда лежал, устав от трудового дня, 
Возможно, ты мечтал дожить и до меня, 
Увидеть правнуков, и любоваться нами. 

Вы все тогда мечтали и «горели», 
Работали, как будто на износ. 
И каждый столько света в душе нёс! 
Вас не страшили жизненные мели. 

Вы были сильными, готовились к борьбе 
За счастье всех во всём огромном мире! 
Конечно, и у вас тогда были кумиры, 
Что жили, думая не только о себе. 

Потом внезапно, серою волной, 
Крысиной стаей, жрущей всё, что видят, 
Пришли к нам те, кто мир возненавидел, 
И встала вся страна одной стеной. 

Тогда на фронт стремились даже дети. 
Приписывали год, кто – два, кто – три… 
Ты просто лица старых фото посмотри! 
За них, ушедших, мы теперь в ответе. 

А как иначе? Кто-то должен жить, 
Любить, учиться и мечтать о жизни, 
И процветание нести нашей Отчизне, 
Всё то, что вам не суждено свершить. 

Сейчас, на кадры хроники взирая: 
Брест, Минск, голодный Ленинград, 
Стреляющий горящий Сталинград – 
Наверно, стало тесно в садах Рая. 

Сожжённая Хатынь и Малая земля, 
Десятилетьями трава вас не покроет. 
Запомнили вы столько людской боли, 
Что нам и до сих пор забыть нельзя. 

Вот так и прадед мой винтовку взял, 
И горсть земли, и фото крохи сына. 
Сказал жене, что чувства не остынут, 
И с новобранцами он прибыл на вокзал. 

Под стук колёс успел он написать, 
Что очень скоро обязательно вернётся, 
Что, как и вся страна, с врагами бьётся, 
И дом родной он будет вспоминать. 

Возможно, он писал ещё не раз. 
Кто знает? Кто теперь расскажет? 
Кто место, где погиб он, нам укажет, 
Чтоб там цветы я положил сейчас? 

Так миллионы сыновей России 
Стеною встали на пути врага. 
У стольких рек краснели берега, 
Когда безжалостно вас смерть косила. 

А выжившие снова в бой рвались, 
Чтоб отомстить за тех, что не дожили.
Они всего лишь Родину любили, 
И тех, что похоронки дождались. 

Нет фото прадеда. Дед на него похож. 
Лишь только лет на пятьдесят моложе. 
И вспомнить прадеда, увы, не может. 
Волнуется, когда письмо прочесть берёшь. 

Листочек жёлтый, синий карандаш. 
Следы от треугольного сложенья, 
Читаешь, ощущая гарь сраженья, 
И слышится: «Ура!! Калинин наш!!» 

И невозможно нам понять сейчас, 
Как вы в огне горели, не сгорая. 
Как вы стояли насмерть. Умирая, 
Вы сквозь века благословляли нас. 

Нас эта память и сейчас ведёт по краю. 
В эпоху перемен, сквозь грозы, испытанья все, 
Я точно знаю, должен быть всегда на высоте, 
Иначе я доверье павших потеряю. 

Я должен всё за них теперь дожить! 
И мир хранить, и сохранить Россию, 
И преумножить её мощь и силу, 
И славным прошлым нужно дорожить! 

Европе нас порою не понять. 
Привыкли жить, завет не помня дедов, 
Всех наших испытаний не изведав, 
Они не в силах нас душой принять. 

Но у России собственная стать! 
Свой путь, и лишь её предназначенье. 
Пройдя все испытанья и мученья, 
Нам есть кого отважно защищать. 

Не просто землю, что хранили предки. 
Не только дом, в котором родились, 
И тех, с кем все пути сейчас сошлись, 
Всех тех, чьи помыслы чисты и крепки. 

Нам этот груз не даст ступить назад. 
Как прадеды врастём в родную землю! 
Предательства мы так же не приемлем, 
Как те, гранитные, что под Москвой стоят. 

Мой прадед! Если б ты был жив… 
Я это всё сказал бы тебе лично. 
Рукою прикоснусь к письму привычно… 
Мой прадед, если б ты был жив…